Перейти к содержанию

Chimera

Пользователи+
  • Постов

    50
  • Зарегистрирован

  • Посещение

Информация

  • Пол
    Женщина

Посетители профиля

3614 просмотра профиля

Достижения Chimera

  1. Фонарь. Мой блистательный граф, Вы опять оказались правы. Замок просто чудесен, не зря Вы его хвалили. И ворота, и сад, но особенно мне по нраву фонари. Распускаются ночью цветами лилий, георгинов, тюльпанов. О, боже, какое чудо. Обустроимся, граф, разберём сундуки с вещами. В спальне милый балкончик, любуюсь на вид отсюда, но соседство с погостом, конечно, слегка смущает. Полно, граф, не волнуйтесь. Не верю в неспящих духов. Девятнадцатый век на дворе, потрясений море. Исключительный ужин готовит теперь стряпуха. Атмосфера влияет. Вы помните те помои? Это в прошлом. Пишу что-то сбивчиво и туманно. Ах, забыла сказать — экономка разбила вазу. Обнимаю вас крепко. И страстно целую. Анна. Не тяните с ответом, прошу. Отвечайте сразу. Дорогая, я рад, что оставили предрассудки. И действительно, век девятнадцатый, что за ересь. Изучаю письмо добросовестно третьи сутки. Целиком переполнено нежностью. Я надеюсь, что дела мои сложатся быстро, притом удачно. Отрастил завитушки, свечусь, иногда моргаю. Не могу объяснить. Для меня это много значит. Хорошо, Вы меня понимаете, дорогая, не берете в расчёт разговоры и пересуды, не терзаете душу, не верите разной дичи. Обнимаю, графиня, пространно писать не буду. Вечереет, пойду постою на мосту. Ваш Ричард. Мой сиятельный граф, Вы опять оказались где-то. Где-то там, где не я. Упаси показать досаду. Вероятно, дела. Вероятно, там больше света. Вероятно, там нравится графу. Брожу по саду, развлекаю себя вышиванием и балами. Мертвецы остаются в гробах, возвращайтесь смело. Здесь уют и покой. По ночам фонари пылают золотым, переливчато-медным, жемчужно-белым, словно дивные звёзды ложатся в мои ладони, словно жизнь продолжается в них. А куда ей деться? Наблюдает за маленьким садом старик-садовник, говорит, что он служит почтенному роду с детства. Что отец ваш — фонарь. Украшал и Париж, и Лондон. Становясь человеком, гулял со свечой из воска. Что фонарь — ваша мать, у нее был железный локон. И вообще, она сильно заботилась о причёске. Для подобных фантазий нелепо служить мишенью. Но садовник не то, что кузнец — ни коня, ни воза. Ах, ответьте мне, Ричард, мне гнать бедолагу в шею или списывать бред старика на преклонный возраст. Выгонять, получается, слишком бесчеловечно. Обнимаю Вас, граф. Для картин привезите рамок. На мосту неохотно фонарь расправляет плечи, превращается в Ричарда и отбывает в замок.
  2. А почему бы и не попробовать.)) Пусть поживёт под лампой. Самой стало интересно что послужило причиной, свет или температура?) Спасибо Гыгы и Д.Руми.
  3. Интересно. Не буду спорить, т.к не использую лампы для досвечивания. Всё больше склоняюсь к тому, что изменение окраса происходит из-за смены температуры в течении года. Именно с одной фиалкой. Весна, осень - белеет. Лето - синеет.)
  4. Добрый день. У меня вопрос к цветоводам. Было ли у вас, что фиалка меняла окрас в зависимости от окружающей температуры воздуха, в помещении, где она стоИт? У меня в этом году, одна ,,модница" меняет наряд. Похожа на сорт - Аметистовый лёд. Не уверена на 100%. Летом, при достаточно высокой температуре, она уходила в синеву. Сейчас - почти блондинка)) Нашла летнее фото. И для сравнения - осеннее.
  5. Chimera

    За окном.

    А за окном - осень!
  6. Капитан - Мне четыре. И мне сегодня купили шаттл.Батарейки в комплекте, инструкция на английском.Я один в квартире, и зуб языком расшатан.Ко мне с ватой приходит фея. Зубная. Близко Не подходит, ругаясь с моим прикроватным монстром, У него мой носок в полоску ( я знал - найдется). Мне доверили острые ножницы, я же взрослый, И теперь я ночами фольгой вырезаю звёзды. - Капитан, очнитесь. Похоже, мы сбились с курса, И наш топливный бак протекает, как чайник ржавый Нас бросает в углы Вселенной бильярдной лузой, Как пинг-понга мячик от Альфы и до Центавры. Капитан, просите посадку, немедля, срочно, Мы срослись телесами Ионой в китовом брюхе Настроение - выть морзянкой, тире да точки Для невидимых адресатов, тугих на ухо. - Мне пятнадцать и я сижу на покатой крыше, Говорю с котами о вечном и о девчонках. Меня всё достало, особенно этот прыщик, А ночами приходят мысли. О смерти. В черном. Аннотацией к книге Сартра (ну да, я умный), Мир подавится мной, как Щелкунчик орехом грецким. И теперь я из старого атласа режу луны, А они шуршат под подушкой, почти как в детстве. - Капитан, очнитесь, похоже, у нас проблема, В навигатор вбейте: "Что делать, когда всё плохо" Здесь так тихо, что слышно, как пальцы щекочет тремор За пределом уютных вотчин земного бога. Мы пружиним высокими лбами все те же грабли, Каждый новый удар - он точнее, больней и глубже, Вероятно, печалью нас всех отпевают в штабе, Мы пока еще живы и плакать по нам не нужно. Размотали катушкой нервы, замкнули клеммы, В медицинских картах - больны межпланетным сдвигом. Подготовьте скафандры, души и гермошлемы, Команданте, по курсу небо оттенка "гибель". - Мне семнадцать, и я зубрю сопромат и вышку, Я вином разбавляю лимфу и жгу глаголом. Я за каждую рифму талант отдаю бакшишем, Ко мне ночью приходит нимфа. Блондинка. Голой. И чердачную клетку давно на замок закрыли, И фасеточной сеткой просеян лиловый сумрак. Я ей: "Детка, мы все здесь - подобие звездной пыли, А она зевает и думает - я придурок. - Капитан, ну право, команда сошла по трапу, По уставу Вы расписались за наши шкуры. Здесь стеклом и сталью, как шалью из перьев гарпий, Леденеют кристаллы и сверлят алмазным буром Каменистое тело планеты. О ней не знают Кабинетные секты с адептами новояза. Мы идем по ней, будто первые люди рая, Пилигримы из алюминия и пластмассы. - Мне за тридцать. Меня куда-то везет автобус На голодный желудок проглочены остановки. Погодите, еще страницу, но сбился фокус, Словно кто-то меня писал и забыл концовку. - Капитан, продолжайте спать в гамаках созвездий. Вы последний из Могикан, нас уже не стало. Посмотрите и наши сны, вдруг придутся к месту, Шифрограммами ДНК в путевых журналах Сохраните память бинарной системой чисел, И Розеттским камнем, и магмой, кипящей в жилах. Расчехлите пламя, рычаг - как курок, и выстрел, Вам отсрочена смерть, так прощайте и будьте живы. **** Хочешь, я покажу тебе свой мир, хочешь, я приведу тебя в свой дом.Если я хоть немного тебе мил, если я хоть на йоту теперь тот.У меня десять "если", одно "но", у меня пара стульев, один стол.И когда ты целуешь в окно ночь, у меня сотня криков, один стон. Глубоко-глубоко есть сырой грот. Батарейки, фонарик, стальной крюк. Я давно от подъезда забыл код, всё равно, как ни странно, тебе люб. Если ты соизволишь закрыть рот, я открою вино и включу блюз. Я живу под землёй, как слепой крот, для тебя я иллюзия, дух, глюк. Превращаю в планеты твои "нет", в мириады планет - потерял счёт. У тебя на машине лежит снег, я толкаю тяжёлым веслом чёлн По холодной реке, по волне лет. Электрический рой золотых пчёл. Если я говорю, то несу бред, даже если неправ - то скажи, в чем. В том, что пальцы о камни давно стёр, пока имя твоё написал в ряд? У тебя карамель, мармелад, терн, у меня - горечавка, полынь, яд. Меня рвёт тишиной - я её пью, меня мучает страх - я его ем. Под подушкою локон - сухой вьюн. Ты гуляла по сказкам, ответь - с кем. Не подумай, что эти слова - лесть, но глаза твои - небо моих птиц. Если слышишь бесшовной воды плеск - это падает сердце стрижом ниц. И к нему подплывает косяк рыб, осторожных, блестящих, как твой мир. Оно светится, как колдовской гриб, оно тикает, как механизм мин, И оно разнесет все к чертям враз и родит нас других, как гора мышь. Я скроил себе плащ из кусков фраз и поставил заплатки цветных крыш. Открывашка, буханка, запас шпрот. В коридорах Хумгата на след встал, Тебе хочется верить, что я тот, а мне хочется видеть, что ты - та.
  7. Ноябрь Я стою у окна. Ветер бесится в диком плясе, загибает дороги в хрустящие калачи.Я смотрю, как растёт это дерево, может, ясень. Ясень — умное дерево, ясень всегда молчит. Потому что ноябрь, и холодно, и угрюмо. И теперь только в дом, в тёплый дом, и ни шагу "из".И торчит одинокий фонарь лошадиным грумом, на асфальт насыпая снопы золотистых искр. Небо лики меняет стремительно, словно в клипе, протекает дождями в разношенном башмаке. Я смотрю, как растёт это дерево, может, липа, и становится сладко от мёда на языке, и становятся веки тяжёлым — не разлепишь, остаются такими, пока не настанет март. И гудит самолёт, как контуженный толстый слепень, как напившийся облачных соков большой комар. Тащат мебель (на узенькой лестнице грузный топот), словно это пиратский улов из солёных бухт. Я смотрю, как растёт это дерево, может, тополь, начинается лето, и в ноздри мне лезет пух. Жаркий воздух колеблется длинными лохмотами, и вагон электрички колеблется в резонанс. И мы едем на дачу (мы искренне так считаем), потому что уверена дача, что лес она. Я стою у окна, отучаясь быть человеком. Мои кольца годичные, тёмных морщинок сеть. Водопад вместо жидкости красной течёт по венам, и боюсь шелохнуться от страха зашелестеть. На дурной голове живут галки, клесты и совы, на спине — торопливая белка и короед. Забываю последнее имя/не помню слово. Очень нужное слово, наверно, его и нет. Я смотрю, как растёт это дерево, может, ива, в узких пальцах которой — блоха, акробат и вор. И я снова рождаюсь фарфоровой и крикливой, всё умеющей и не умеющей ничего. Я рождаюсь. Синюшной, болезненной, истончавшей, с припорошенным пластырным листиком на пупке. И храню то наследство, что мне завещала чаща — тростниковую дудку в младенческом кулачке. ***************** ...и книга на выходные
  8. Шаман А ещё говорят, что вот жил на земле шаман. Навещали шамана кукушки и звёзды тоже. Серебристое небо вовсю исходило дрожью, а потом над макушками сосен висел туман. Необычный туман, переменчивый и густой. Может, даже вообще не туман — я его не трогал. В нём звенела, петляла несбывшаяся дорога, даже смерть в нём казалась не точкой, а запятой. А ещё говорят, что шаман принимал людей. Иногда принимал, если правильно был настроен. Он носил амулеты, рубаху косого кроя, колокольчики в черной растрёпанной бороде. Нет, он не был целителем, магом, не правил баг. Не читал Кастанеду запоем, не помнил Канта. Демонстрировал людям различные варианты, как могла повернуться загадочно их судьба. А ещё говорят — очень много что говорят. Разводились костры, и трещали в кострах поленья, растекаясь по вечеру золотом наваждения и кисельными реками медного сентября. И до самых далёких болот, где шумит аир, долетали слова, и пылали слова ожогом: — я хотел стать великим заслуженным дирижёром. — я хотела в кино, а теперь продаю чаи. — почему я хирург? я хотел забивать голы. — я хотел — чтобы рыцарь, и пусть не в стальных доспехах. "Я хотел, я хотела" — везде разносило эхо, разбивалось о камни и плющилось о стволы. С каждым долго отшельник беседовал по душам А ещё говорят, что случалось с людьми такое — посетители шли по домам хорошо, спокойно, а порой улыбались, осенним листом шурша: — ты не стал дирижёром, а если бы стал — вчера поперхнулся бы косточкой вишни в пустой квартире. И рыдали бы скрипки в последнем твоём эфире, и тебя позабыли, а ты молодец — играй на ступенях вокзалов. Придумывай бой во сне, в переходах метро, рассыпая себя на искры. Уж поверь, я не слышал прекраснее гитариста, я их слышал немало, но честно, прекрасней — нет. — ты хотела в кино? тебя взяли бы в сериал, режиссер гениальный бы вовремя не заметил, а сейчас на коленях мурлычут коты и дети, а умрёшь в девяносто на море. Ну как финал? А в другой ипостаси — не более тридцати. Да и друг у тебя просто сволочь, а не художник. Возвращалась со съёмок бы вечером, капал дождик. А тут пьяный водитель, врачи не смогли спасти. — почему ты хирург? а об этом спроси её, ту актрису, что в новой реальности не актриса. Отдохнул бы, отправился к пальмам и кипарисам. Чувство долга, наверное, щиплет сильней, чем йод. Футболист из тебя получился бы высший класс, нарасхват футболист — за тебя только клубам драться. Но тогда ты не сделал бы тысячи операций, хотя что тут лукавить — вообще б никого не спас. — ты о чём пригорюнился? стал же ведь, кем хотел. Посмотри на себя — настоящий отважный рыцарь. В холодильнике — эль, на столе — розмарин, корица, и не страшно с тобой прогуляться по темноте. Ты же рвешься на помощь — два раза не надо звать. С рюкзаком за плечами, и каждый поход — крестовый, потому что мечи и щиты бесполезней слова, что рождает твоя кучерявая голова. А ещё говорят, что достаточно грустно жить, если вечно жалеть о несбывшимся, неуспетом. Подивись, дорогая, у нас за окошком лето, хотя вроде сентябрь, и солнце лежит во ржи. И идём мы к шаману, и небо поёт не в такт. Оглянуться значительней легче, чем оглядеться. А ещё говорят, что когда-то в далёком детстве, он совсем не хотел быть шаманом. Но как-то так.
  9. Борщ и подобие пампушек) Творожные булочки
×
×
  • Создать...