Рыбацкие рассказки

[Емеля]

..думаю всем нам есть что поведать)) просто не всегда хватает времени и расположения разговориться...А может есть смысл собраться форумчанам на весенней проталине среди подснежников,закинуть фидера и закидушки в воду,попивать чаёк из родничка и охлаждённую водочку да побеседовать за жизнь,за природу и Родину..?))..что думаете корифеи Берфорума?))

[-Антон-]

катались два года назад в верховья Колвы. Поднимались до д. Талово. Краткий ведео-обзор красоты нашей природы!

http://youtu.be/Ic_UTqYdaD8

[Проф]

Южная Кельтма – к наследию кельтов.

1.Начало

Выбирая реку для очередного своего рыболовного путешествия, я хотел выбрать, такую, которая была бы не проходима для наземных видов транспорта в своих верховьях, а, следовательно, недоступной для вездесущих любителей сплава. Неплохо было бы, чтобы она была не слишком «заезжена» в Интернете, так как на таковых реках бывает очень людно. Подобный процесс в самом его апогее сейчас можно наблюдать на ставшем очень знаменитым, в том числе и из-за «сетевого» (имею ввиду Интер-сеть) маркетинга - Чусовском озере. Количество паломников, на которое измеряется уже тысячами. А пойманные трофеи, стремительно мельчают. Итак, рыская в очередной раз глазами по карте севера Пермского края, я наткнулся на реку с интересным названием – Южная Кельтма. Не знаю насколько её название в реальности связано с таинственным и древним европейским народом, но мне приятно их связывать вместе. Река Кельтов.

Изюминкой же нового путешествия решил сделать используемое в нём плавсредство – каноэ. И хотя в последнее время я ощущаю тягу к одиночным походам, где только я и природа, но в этот раз решил поделиться радостью общения с природой, и загодя позвал друга. Максим заядлый спиннингист и подводный охотник, и даже куда более удачливый в плане уловов, чем я, но, так же как и я, очень занятой человек, которому трудно вырваться на природу, особенно на несколько дней подряд. Поэтому за полгода до вылазки мы пообещали друг другу, что всеми силами будем стремиться на Кельтму, и тогда обязательно сможем поехать. Так оно и вышло…

Каноэ, правда, пришлось взять с мотором, так как временные рамки, да и физическая подготовка не позволяли преодолеть 70 км подъёма, прибавив к этому и хлопоты с ночлегом, а главное – время на рыбалку, за 4-5 дней. Цель путешествия – впадение речки Лопья.

Четырёх с половиной метровое каноэ «Карелия» из полиэтилена, грузно разместилось на крыше автомобиля, а моторчик, два больших рюкзака, мешок продуктов, палатка и прочее, заполнили большую часть внутреннего пространства. Едем. Дорогу описывать особо не буду, довольно тряская после Бондюга. Лодку поправляли несколько раз, съезжала немного. По дороге пересекли очень красивую речку – Пильву, с хорошим бетонным мостом и большим завалом из брёвен. У такой бы речки жить!

 

Фото 1. Завал на р.Пильва

2.Первая встреча

До места, названного на карте – «Пост 28 км», добрались. Этот Пост представлял из себя, пару заброшенных избушек, дощатый туалет, спуск с крутого берега, в виде песчаного оползня, с обустроенным внизу бревенчатым причалом в виде привальной стенки высотой метра полтора выше воды, у которого была «припаркована» старенькая дюралька с таким же стареньким «Вихрём». Лодка явно не приезжих людей, так как по всему видать стояла давно и ожидала своих владетелей, очевидно отправившихся на «Большую землю».

 

Фото 2. Пост 28 км

Сама Южная Кельтма предстала перед нами в виде небольшой, но довольно глубокой речной петли, с песчаными берегами и глинисто-песчаным, топким дном. Характерной особенностью являлась и её вода, тёмно-коричневого цвета, присущего торфяным водоёмам в болотистой местности. На самой петле приличный омуток. Оба берега были довольно высокими и само русло реки в этом месте, как впоследствии оказалось и на других участках, очень напоминало канаву. По многочисленным следам наносов плавняка, да и по величине привальной стенки причала, видно, как сильно меняется уровень воды в половодье. Тогда эта «канава» превращается в бурный поток.

Первые впечатления, положительные. Сосновый лес (любимый мой тип леса), спокойная вода и небольшой размер реки (большие реки как наша Камушка я в основном избегаю), ну всё вроде по мне, как и представлял себе. Сгружаемся, отпускаем нашего перевозчика, загружаем лодку, помучавшись с грязью на сапогах от глинистого дна, и начинаем движение.

3. Трудовые километры пути

Первые километры пути река часто петляла. Скорость нашего судна против течения в среднем была около 8-9 км/ч. День был с переменной облачностью и ветренный, что явно предвещало перемены в погоде, но в настоящем времени, приносило противоречивые эффекты: когда ветер дул поперёк реки, то его почти не было заметно из-за леса и высоких берегов, а когда река поворачивала русло и нас, вдоль ветра, то он сразу появлялся, то подгоняя нас в спину, то отчаянно сопротивляясь в лицо. Двинулись мы примерно в 8 часов вечера, и в середине июня, смело можно было двигаться до 10-11 часов, не опасаясь оказаться в темноте. Белые ночи всегда в помощь путнику, устроиться на ночлег вряд ли опоздаешь.

Первые километры пути всегда сложны, пока настроишь своё тело под новые условия. После тряски в мягких креслах машины – унылое движение в режиме водоизмещения. К тому же решили двигаться по возможности дальше, чтобы уменьшить завтрашний путь до впадения Лопьи. Но унылое движение только для тела, для души, же совсем не так. Пейзажи здесь просто изумительные. Маленький мотор требовал ежечасной заправки, эти моменты обязательно использовали, чтобы размяться.

4. Виды природы

Очень обычное явление для Кельтмы – завалы деревьев. Ширина реки ровно такая, что высокие деревья, упавшие с разных берегов друг напротив друга, не сцепляются кронами, а глубина не позволяет деревьям лечь на дно посередине фарватера. Течение разворачивает эти деревья, кроной вниз по течению, а подмытые высокой водой корни, остаются на берегу. Поэтому «глухих» заторов видимо не бывает (по крайней мере, мы не встречали их признаков), а вот такими продольными завалами, река очень богата, причём деревья в таких завалах порой ещё не совсем лишены жизни, все в листве. Очень скоро стали попадаться представители местной фауны. Сначала на одной из осыпей высокого берега, нас поздно заметил большой заяц, и с трудом, перебрасывая свои длинные задние лапки, начал подыматься к плоскости подлеска. Или от хищников они, таким образом, прячутся (попадались и другие зайцы), или от паразитов, а может от тех и других. Со стороны леса это помогает, их не видно, но вот с воды они очень уязвимы.

Недалеко от впадения речушки, левого притока Кельтмы, мы обратили внимание на большой всплеск впереди лодки. Вскоре на поверхности появилась озорная мордочка выдры. Зверёк деловито нырял у правого берега, делая вид, что нас не замечает, хотя следил за нами пристально, а когда лодка почти поравнялась с ним, ловко поднырнул под нас. Мы только видели след из пузырьков, уходящий в сторону левого берега, уже по другому борту.

Один раз на самом обрезе молодого сосняка, повстречали глухарку. А на пологих местах берегов, суглинок ясно сохранял кое-где отпечатки лосиных копыт. Да и конечно цапли, дополняли картину, иногда подымаясь в воздух и перелетая от нас на безопасное с их точки зрения, расстояние, вновь приводнялись.

Есть тут ещё зверюшки, а вот всплесков рыбы пока совсем не видать. Только однажды плеснулась небольшая щука у самого берега, а больше на долгие километры – ничего.

На одном участке неожиданно попались остатки деревенского кладбища. Несколько покосившихся железных памятников и деревянных оградок. По карте, тут урочище Берёзовый Омут. Как быстро тайга укрыла эти следы человеческого влияния. Если бы река не двигала берега в половодье, то наверно уже совсем стало бы оно незаметным, это маленькое кладбище. И людей давно нет, и их предков, которые могли бы ухаживать за могилами, тоже. Зачем тогда мы строим надгробия? Из праха вышли в прах и уйдём…

5. Первый лагерь

К 11 часам стали присматривать место для ночлега. Устали уже и проголодались. На одной из выпуклых петель правого берега, с пологим берегом и зарослями ивняка, между песчаным пляжем и небольшой полянкой, увидели в траве рогульки от костра. Похоже то, что нам и надо! Причаливаем. Осматриваемся. Да, место это давно использовали для лагеря туристы. Пара хлипеньких лавочек из досочек, да костровище с рогульками, всё в высокой траве. А нам большего и не нужно. Расположились.

До деревни Ольховки – единственного жилья на протяжении всей реки, мы не дошли километров 6-8. Судя по карте, дальше русло реки должно поменяться – частые петли сменятся на длинные прямые участки, с редкими плавными поворотами. Утро вечера мудренее. Кто знает, какие нравы царят в этой глуши? Утром люди спокойнее, трезвее (или сильно болеют), поэтому и встречаться с ними утром спокойнее.

Утром после умывания и завтрака, Максим первый не выдержал и расчехлил свой спиннинг. Кидает. Я же связываться не стал, а налёг на сборы, надеясь, что самое интересное по рыбалке у нас ещё впереди. Через 15 минут, успокоился и он.

- Один выход был. Окунёк на 100 грамм за вертушкой шёл - говорит.

Ох, уж эти 100 граммовые окуньки! Это самые распространённые жители водоёмов, но иногда и единственные, так как проходят в ячею сетей! Как тут будет? Посмотрим.

6. Ольховка

До деревни осталось совсем немного. Река тут действительно другая. Берега низкие и покрыты красивой равномерной травой, не очень высокой, какая бывает на высоких заливных лугах. Очень такой красивый вид, как у ухоженных покосов, хотя нигде не видно стажиров – верных признаков используемых покосов. У впадения небольшого ручья Нижний Мал с левого берега, решили остановиться, и покидать. Я опять отложил удовольствие. А друг стал спиннинговать. Его настойчивость была вознаграждена. Окунь на 150 грамм, щурёночек почти такого же веса и язёк грамм на 200. Последний нас очень обрадовал. Язь на спинниг – это всегда удача. Мелюзгу эту побоялись отпускать. А вдруг больше тут ничего не будет? На уху и такие пойдут.

Ну, вот за очередным поворотом показались признаки цивилизации. Ольховка стоит на возвышенном берегу. Первыми перед нашими взорами открылись развалины большой пилорамы. Несколько неплохо сохранившихся деревянных построек, оказавшихся при последующем моём изучении: баней, мастерской по ремонту бензопил и конторкой. Сам корпус пилорамы, полуразваленный дощатый сарай, приличных размеров с остатками оборудования, стоял посередине большой поляны, устланной горбылём и опилом, и уже стремительно зарастающей Иван-чаем. Думаю, и тут тайга скоро заберёт своё обратно.

 

 

Фото 3. Деревня Ольховка

Не успели мы ещё рассмотреть всё, как ниже по реке услышали шум моторов. Это две новенькие моторки со сварными корпусами и 4-х тактными Хондами по 40 и 50 сил. Лодки во всех свободных местах, на носах и кое-где в кокпитах, заставлены синими пластиковыми канистрами с бензином. Команда из 5 человек, на вид явно не новички в этом деле. Много скарба, бензопилы, снасти. Лодки предусмотрительно сбавили ход, что бы ни опрокинуть наше каноэ, и пристали к берегу у причала, выше нас метров на 80. Максима я оставил в лодке, а сам полез на берег, изучить окрестность и переговорить с мужиками из лодок.

К моменту моего подхода, мужики успели уже справить свои первоочередные нужды и разлили себе из белой канистрочки по соточке (наверное, за успех первого перехода). И хотя я со своими вопросами немного «втиснулся» в тёплый для их компании, момент, ответили на интересующие меня вопросы. Рассказав немного о нас, что мы из Березников, здесь впервые и движемся до Лопьи, узнал, что команда из Перми, исполняет ежегодно-традиционный «хадж» на Екатерининский канал и дальше в Коми! (Теперь ясно, зачем столько бензина). Спросил сколько ещё до Лопьи идти? На что они, посмеявшись над нашим оснащением, ответили: « К вечеру будете. Километров 35-40 ещё». На такой весёлой ноте мы и расстались. Лодки легко взвизгнув электростартерами, двинули вверх по реке. А я пошёл изучать лесопилку.

Когда вернулся к своей лодке, то на причале уже стоял водомётный катер Кировского завода КС-100. На нём прибыл местный житель, мужчина около 60 лет.

На выходе от деревни, река интересным образом сужается и мелеет, дно в этом месте галечно-каменистое (другое и не выдержало бы напора воды), течение быстрое, в общем, не длинный перекат. У деревенского берега стоят сеточные ловушки для рыбы треугольной формы, вход направленный вниз по течению между двух жердинок, а выход сведён на нет и крепится тоже к жердине, вбитой в дно. Подымающаяся вверх рыба неминуемо попадёт тут в ловушку, по перекату обойти её крайне сложно из-за скорости течения, а по-тихому – сразу в сеть. Нам чтобы не снести эти ловушки, тоже пришлось напрячь все 3.5 лошадки и кое-как, иногда чиркая дейдвудом по гальке, ме-е-дленно пройти по перекату.

Выше переката на берегу попался ещё один человек из местных. Дедушка около 70 лет. Как мы поняли хозяин всех этих рыбо-ловушек. Немного поговорили и с ним:

- Как живёте тут? Сколько жителей в деревне?- спросил я.

- Живём, пока электричество не выключили. Восемь (не поняли только восемь человек или восемь домов).

Кстати в плане электричества, я сразу обратил внимание, что к деревне подходит довольно мощная ЛЭП, способная снабжать промышленные объекты. Но опоры старые и ржавые. Сколько она протянет, вопрос? А менять их ради почти умершей деревни, никто не будет.

- А рыба, то есть? – задал наивный вопрос Максим.

Дед слегка улыбнулся, возможно, размышляя, что ему с такой наивностью делать, толи обмануть, толи простить, и сказал:

- Да. Есть.

Обнадёжил, спасибо. А то мы пока изобилия не увидели, когда выдвигаешься в такую глушь, то подсознательно ждёшь рыболовного Эльдорадо, но оно часто не так…

7. Последний рывок

Следующие 4 часа стали, пожалуй, самыми «долгими». Но и пейзажи были очень разными и интересными. Особо отмечу пару мест.

Первое – это место впадения протоки от старичного озера Кунтегского. Река тут резкий поворот делает, разворачиваясь практически вспять. Протока очень узкая и малозаметная, с чёрной водой болотного запаха. Каноэ загнали в протоку (ширина лодки почти равняется ширине протоки). Спешились. Максим двинул к озеру, а я остался наблюдать на месте. С трудом можно было угадать в тёмной воде протоки, стайки мальков. А однажды в паре метров от каноэ, из воды выпрыгнула рыбка. Не думаю, что это был хариус, возможно елец. Такие прыжки у этих пород рыб. Место это посещаемо. На склоне берега видно организованное место стоянки. А место тут глуховатое в целом, возможно и гибловатое. Кругом болота.

Вскоре вернулся напарник. Озеро оказалось сильно завалено топляком. Подойти к свободной поверхности сложно. Терять время на дальнейшее изучение не стали. Покидали спиннинги на самой петле реки. Течения тут почти не ощущается. И причиной тому огромная глубина. По нашим замерам около 8-10 метров! Откликов на наши приманки опять никаких. Двинули дальше.

 

Фото 4. Протока оз.Кунтегское

Второе интересное место сразу за первым. Если память не изменяет это – урочище Кедровка. Тут на берегу виднелись останки кабины какой-то техники. Не то трелёвочника, не то мотовоза. И сваи в воде от деревянного моста (или другого сооружения). Подходы к урочищу тоже имели не быстрое течение и заросли красивых кувшинок. Но при подъёме мы тут не рыбачили. Спешили на Лопью.

И вот, наконец, оно – место впадения Лопьи.

 

Фото 5. Впадение р.Лопьи

8. Базовый лагерь. Начало рыбалки.

Лопья впадая в Кельтму, значительно прибавляет ей силы. Место здесь очень даже обустроенное и сразу видно, регулярно принимающее путников. В развилке рек на высоком берегу, стол с лавочками, куча напиленных дров, даже прогоревшая старая печка, сваренная из топливного бака, от какой-то техники. Единственный недостаток, который увидели в тот момент, это сильный ветер, обдувающий поляну. Поставили палатку, скидали в неё вещи и пошли порыбачить, пока ещё сильно не проголодались. С берегов тут рыбачить на спиннинг очень неудобно: и не бросить толком, и не провести как нужно, да и зацепов будет множество, река то – сплошь в завалах. Но Максима это не останавливало. Я же человек очень скупой на оторванные блёсны (иногда возвращаясь с рыбалки, ловил себя на мысли, что отсутствию обрывов радовался, едва ли меньше чем пойманной рыбе). А раз так, то кинув несколько раз в месте впадения Лопьи, со спокойной душой отложил спиннинг и взял поплавочку. Первая поклёвка себя не заставила долго ждать, поплавок, слегка подёргавшись, резко ушёл в воду. Подсекаю и чувствую бойкую рыбку «на проводе». Кто же там? Рыбка явно не большая, но сильная. Вынул – оказалась уклейка. Спинка очень тёмная, а тело упругое, но главное удивило, как резко она клюнула, очень так по злому. С ходу я выловил ещё три таких «злых» уклеек, упитанных и сильных. Однако в струе, вливающейся в Кельтму из Лопьи, регулярно выскакивали за комарами, бойкие рыбёшки. Их я попытался достать, устроившись в лодке, и бросив якорь у самого впадения, прямо в струе, спускаясь на якорной верёвке, ниже. Потратив на их поимку единственного имевшегося у меня дождевого червяка, и часто меняя тактику проводки, остался не с чем. Опять приглушив свой рыболовный азарт до завтра, занялся обустройством лагеря. Максим вернулся позже. Со средних размеров окунем….

Проржавевшая насквозь печка, ещё послужила нам. Вывалив из неё гору разбитых бутылок (к великому сожалению наши коллеги, путешествуя, не научились ещё весь свой мусор увозить с собой) загрузили её сухими дровами и поставили на неё сковородку. Остатки вечера мы провели за беседами, варили уху и жарили рыбу.

Перед тем как стемнело, я не удержался и сбегал посмотреть на Лопью. Лопья река в своём устье маленькая, и тоже похожа на канаву. Воды было в этой канаве, меньше метра. На первом же повороте, сгрудилось много деревьев, образуя непролазный для нас завал. А всё же она манила. По карте река довольно протяжённая, поэтому предположить можно, что не везде она такая уж маленькая и мелкая.

- Может когда и удастся пройти и твоим фарватером? – сказал я ей вслух, и пошёл обратно в лагерь.

9. Классика жанра.

Поутру доев остатки богатого ужина, мы быстро собрали свой скарб в лодку. Настроили спиннинги. Уложили всё для максимального удобства, что бы плыть и рыбачить. Отошли на вёслах чуть ниже устья Лопьи и стали обкидывать интересные точки, приманками. Но едва начав, прервались, в лёгком утреннем тумане послышался гул мотора. Зелёная «надувнушка» с тремя мужичками, под 18-ой Тошкой, споро подымалась нам на встречу. По лесной традиции остановились поговорить. Мужички оказались из Березников. «Топали» на р.Джурич. Из уловов, пара щук пока, ну и желание провести большие выходные вдали от дома. В общем, такие как мы. Попрощались с пожеланиями удачи. Да, эту глушь потихоньку осваивают горожане.

Река не желала нам отдавать свою рыбу. Периодически мы заводили мотор и проходили несколько километров, потом опять облавливали приглянувшиеся места. Макс словил щучку за полкило и на этом всё.

Спустились до остатков сооружения, где торчали сваи. И тут я настоял на том, что бы обловить это местечко. Вдруг во мне вера проснулась, что именно тут у этих свай, ждёт меня моя рыболовная удача, в любой рыболовной книжке такое место называют перспективным и непременно упоминают. Классика, в общем. Начали облавливать сверху, но мне ужасно не терпелось встать вровень со сваями или чуть-чуть ниже. Проводки вниз по течению всегда продуктивнее. Максим, мой верный дружище, словно почувствовал мой такой настрой, и вежливо не кидал свои блесны к сваям противоположного от нас берега. И вот он момент, неповторимый для рыболова, когда всё зависит от точного броска. Бросишь близко – толку не будет, бросишь далеко – будет зацеп. Тут нужно положить приманку в пятачок размером с тарелку для супа. Но я спокоен и не принуждён, ведь я не перед строгими судьями соревнований по кастингу. Бросаю точно, раз за разом и почти сразу чувствую мощный удар. Язь! Сильная рыба начинает короткую борьбу. Но я её вываживаю. Ах, какой красавец! На нескольких проводках буру ещё одного, чуть поменьше. Супер. Я счастлив!

10. Вечер рыболовных сокровищ.

Покончив с этим местом, мы больше ничего не ловили на большом протяжении пути. Погода с утра была пасмурной, а к обеду очень низкие тучи накрыли тайгу. Движение воздуха почти прекратилось, и пошёл обложной заунылый дождик. Мы заранее успели облачиться в непромокаемую одежду и теперь с уныло-упорными лицами двигались на моторе сквозь стену дождя. Даже шевелиться не охота лишний раз. Сидим и обтекаем, какая тут рыбалка? Капли падали с неба практически отвесно, создавая на поверхности реки, множество пузырей, что по народной примете намекало на долгий дождь.

Вниз по течению лодка запросто выдавала 11 и почти 12 км/ч. Поэтому продвигались обратно заметно быстрее. Мы уже очень умело управлялись с нашим каноэ, научившись поворачивать его, не поворачивая румпель, а только синхронно наклоняя лодку навалившись на противоположный направлению поворота, борт. Ручку «газа» прижали штатным винтом-барашком, и таким образом получили достоинства дистанционного управления, избавив себя от всех хлопот с мотором, кроме заправки. На одном плёсе к берегу пристали две надувных лодки. Костёр и запах еды. Компания из-под навеса радостно приветствовала нас восклицаниями и махая руками. Мы им помахали в ответ. Останавливаться не стали, пусть отдыхают, а мы движемся дальше в дожде.

Стена леса по обоим берегам, надёжно прикрывает небо, оставляя нам только кусок над рекой и немного над крайними кронами деревьев, поэтому масштабы погодной перемены трудно оценить. Неожиданно низкие тучи вдруг показали свой край, сместившись куда-то на восток. Остались только высокие тучи, затянувшие всё небо, но не проливающие воду.

Так пролетело время до вечера. К Ольховке подошли быстро. Остановились опять у останков пилорамы. Я захватил там немного дощечек и старых гвоздей, для обустройства нашей самой первой стоянки, где планировали заночевать вновь. Спешим дальше. Наступало время сумерек.

На ничем не примечательном участке решили остановиться и вновь попытать удачу. И тут опять как наваждение, меня посетила рыболовная Муза, я почувствовал, что сейчас поймаем. И тут началось…

Чудесница Кельтма, она неожиданно, на короткий миг словно открыла свои сокровищницы для двух усталых путников! Мы по очереди вытаскивали язей, а иногда окуней. Рыба брала, наверное, на каждой третьей проводке. Только со щуками мне не везло в этой поездке, и я неосторожно высказал своё предположение Максиму:

- Сейчас-то я поймаю щуку своей мечты.

И действительно, очень скоро, бросив блесну к правому берегу, я почувствовал ощутимую тяжесть, и рыба стремилась прижаться ко дну. Я сразу понял, что это она - моя щука. Щука пыталась уйти под лодку, но я её не пустил. Затем она показалась на поверхности совсем рядом от борта и, повернувшись боком, изогнулась, намереваясь сделать новую попытку пойти вниз. Явно около 1.5 килограмма. Я чего-то вдруг оторопел от такого, неожиданно сбывшегося счастья, и начал делать неуместные глупости. Отложил хлыст и начал выбирать плетёнку руками. Моя соперница не преминула этим воспользоваться, пошла на меня и ослабила натяжение нити, затем легко двинула открытой пастью и освободилась от плохо засёкшейся в костлявых челюстях, блесны. Ушла. Я застыл на мгновение. Друг встрепенул меня первым:

- Ну, ты чё? Как неопытный пацан, чего ты палку то отложил? Разве можно слабину ей было давать?

- Да я и сам не понял себя. Растерялся от радости, – оправдывался с улыбкой лёгкого разочарования, я.

Но горевать долго не стали. Клёв в самом разгаре. Были ещё сходы у Максима. Были и поимки.

Жаждя продлить удовольствие решили - до очередной поимки и хватит. Поймали язя. Потом по 10 забросов, и хватит.… Потом ещё по пять, и хватит.… Никак не хватало. Ну, рыбаки меня поймут, кладоискатели думаю тоже. Когда сокровища сверкают перед тобой, забываешь обо всём.

Но очень скоро (всё длилось буквально полчаса) кончилось. Река закрыла сокровищницу и отрезвила нас. Рыбы хватит на знатную жарёху, поесть и сегодня и завтра.

11.Маленькое открытие.

Следующий день мы посвятили время очень медленному сплаву. Откровенно говоря – тянули время. Остановились на одном из поворотов реки с песчаным пляжем (коих на Кельтме немало). Сварили кулеш, доели вчерашний богатый улов в виде жареной рыбы. А после я смело предложил водные процедуры. Вода для купания конечно прохладная, но тело, потевшее уже 4 дня, страстно просило чистоты. Окунулись нагишом и к костру, греться. Максим снова за спиннинг, а я начал рассматривать всё вокруг.

Между пляжем и лесом – заросли ивняка. Мне они почему-то напоминают мангры. Довольно труднопроходимый, с завалами ивняк, по которому можно чётко отследить уровень затопления местности в половодье. Стволы и ветки хранят на себе рыжий налёт от вешних грязных потоков. Комаров здесь почти не было из-за сдувающего их ветра, поэтому я решил прилечь и вздремнуть минут 15. И только я устроился по удобнее, как мне на лицо упала крупная капля воды. Сперва я не предал этому значения, а только повернул лицо. Но скоро другая капля опять шлёпнула по мне.

- Дождь что ли накрапывает? – подумал я. Но небо не выдавало такого прогноза. Почему же капает? Стал рассматривать, и оказалось это с ив. Откуда на них сырость, да и капель эта, такая не типичная. Поделился наблюдениями с другом. Макс сообразил с ходу:

- Так иву и называют плакучей, потому что она – плачет.

И действительно, как всё просто. Бывает же так, слышишь распространённое словосочетание, а в смысл не вникаешь. До сорока лет дожил, а только теперь открыл, почему ива плакучая.

12.Русалочья купалка.

Забрать нас должны были на «Посту 28 км» через сутки. А мы уже почти добрались до него. Из рыболовных удач, на последнем нашем проходе были щука около 1.5 кг и язь больше кило.

Щука сама выдала своё присутствие, быстрой торпедой выскочив от самого берега у впадения ручья, за добычей на поверхности воды. Эффектный такой бросок на метр в длину с открытой пастью. Никакой опытный спиннингист не упустит такой момент. Есть огромный шанс, что хищница промахнулась и вернулась на свою исходную позицию. Хотя может и не промахнулась. Но в любом случае значит она здесь, голодная и злая. Спускались кормой вниз, и Максим первый попал в зону её обитания. Он и взял её с первого заброса аккурат через минуту после её выпада.

Затем мы остановились, чтобы изучить устье впадения маленькой речки, вытекающей из огромного болота Бызим. Перед швартовкой я сделал три заброса от впадения вдоль берега, и тут встретил упомянутого красноперого красавца. В самой же речке было пусто, но много бобровых огрызков.

Выше по течению от «28 км» на высоком песчаном берегу, среди молодого соснового леса, находятся останки барака. Рядом щит с надписью, что мы на территории заказника (точно не припомню). У барака и решили остановиться. Палатку ставили практически в дождь. Частично промокли, очень захотелось тепла. А что, отличная тренировка по выживанию – разведение костра в сыром лесу. Костром занялся я. Потратив не менее часа, я с этой задачей справился. Костёр «Таёжный» из сосновых валёжин горел жарким, но не сильным пламенем. Обогрелись и слегка обсохли (хотя двояко получилось, с одного боку костёр сушит, а с другого дождик мочит). В палатке сыро и не уютно. Но запасной комплект сухого нательного белья в рюкзаке, всегда выручает. Закутавшись в уютные спальники, мы стали прислушиваться к звукам леса.

В безветренную сырую погоду звуки приобретают особую чёткость. И вдруг нам отчётливо послышались всплески воды. Где то там внизу обрывистого берега, возможно у нашего каноэ, раз за разом кто-то шлёпался в воду, причудливо бормотал, даже казалось, мы слышали шум многоголосья пляжа, наполненного отдыхающими. Когда не сосредотачиваешь, слух на отдельных звуках, а как бы рассеянно воспринимаешь всю какофонию в целом, примерещится всё что угодно. Мы переглянулись в темноте. Минута встревоженного молчания. Что за водный народ устроил купание? Русалки? …..Потом почти одновременно сообразили, вспомнив огрызки осин на малой речке:

- Да это же бобры!

Такую бурную жизнедеятельность развернули с потемнением, что просто диво. Плюхаются, хвостами бьют. Возможно, так и рождались легенды о духах природных стихий, в умах наших пращуров, особенно у испуганных в ночном лесу. Как только догадка посетила нас, то и звуки сразу разделились. Вот капли стучат по тенту палатки, рядом костёр слегка гудит, а дальше бобры и какие-то ночные птицы. Всё встало на свои места.

13.До свидания река.

Следующий день не принёс никаких особых происшествий. Рыба на отрез отказывалась замечать наши блёсны, а может, отсутствовала дома. На «Посту 28 км» по возвращении оказалось многолюдно. Чуть выше Газель с Нивой, с кучкой отдыхающих. А на самом посту, Нексия и Десятка, дожидались своих хозяев. Хозяева, соликамские мужички, вскоре объявились на двух надувнушках с моторами, мешком сетей и двумя небольшими мешками с рыбой. Скромно пожимая плечами, как бы оправдывались:

- Мало рыбы,…. мы чисто отдохнуть.

Быстренько скидали всё в машины и уехали. Такое вот окончание похода, с горчинкой. И тут как везде.

Что скажу я про Ю.Кельтму? Интересная река, безусловно. Прежняя цивилизация практически с неё ушла. Природа начала зализывать свои раны, затягивая следы присутствия человека, зелёными руками Флоры. Но с другой стороны стремительно растёт проникновение новых гостей от человеческой расы. Как отразится их приход пока трудно сказать. Будет ли это вежливый приход в гости или же наглый пролом с целью ограбления? Время покажет.

P.S. Есть все условия на мой взгляд создать тут охраняемую территорию, с целью коммерческой эксплуатации для цивилизованного рыболовного туризма по принципу «Поймал-отпусти». Вы спросите, почему так категорично? По тому, что это пока единственный принцип, позволяющий максимально сохранить и приумножить рыбное поголовье. Закрытие зон и поселений лагерного типа, остатки инфраструктуры, относительная труднодоступность – всё это можно обратить в пользу. А любителей отдохнуть на рыболовном курорте, где много рыбы, и не в садке, а на воле, нашлось бы не мало.

Найти бы состоятельных спонсоров в этом деле. Можно было бы, и потратить остаток жизни такому интересному делу. Организовать и радоваться вместе с другими. Я совсем не прочь, променять офис на интересную работу на природе…. Мечты, мечты, где ваша сладость?

[Проф]

Наваждение. Последний голавль.

Не перестаю удивляться тому, как порой поворачивается рыболовная удача. Причём когда её даже не очень ждёшь. Один такой случай произошёл со мной осенью прошлого года. На самом закрытии спиннингового сезона. Да, по можно, сказать это было не столько закрытием, сколько испытанием лодки на новых вёслах, начну обо всём по порядку…

Осень прошлого года не предвещала сначала ничего необычного. Я, как и многие, ждал плавного перехода от собственно ранней её стадии к поздней. А поздняя, для рыбака в нашей географической широте, означает наступление ловли налима. К этой-то ловле я решил в этот раз приготовиться особенно основательно. Более того, я планировал применить нечто совершенно новое (а по сути, давно известное среди рыбаков и довольно старое) – ловлю на подпуски. Состояние предвкушения знакомо многим рыбакам, и продавцам рыболовных магазинов тоже. Когда в конце недели городские страдальцы по рыбалке, метут с полок леску, крючки, грузила и прочее, нужное и не очень, судорожно успевая к выходным, настроить свои снасти…. А на следующей неделе на вопрос об улове в выходные, небрежно-неопределённо и с небольшим разочарованием в голосе, машут рукой и говоря:

- Да, ничего особенного. Так….посидели.

Но к концу недели опять бегать по магазинам докупать чего-нибудь и строить грандиозные планы-комбинации, как перехитрить-таки скользкую рыбу и ушлых «коллег по цеху», всегда стремящихся обловить, сесть на твоё место и т.п. Такие же муки испытывал и я, готовясь «победить всех» новым способом, хотя и куда более трудоемким, чем обычные закидушки.

Для подпусков понятно нужно лодку с собой везти. А у моей ещё и вёсла не готовы. Старые, сделанные из трубок, очень докучали вытекающей из них водой. Решил я заменить эти самые трубки, на простые пихтовые стволики. Смастерил всё быстро. А вот испытать вёсла решил непременно до основной рыбалки, что бы они нечаянно не огорчили меня на ней.

Для испытаний поехал на Яйву. Лёгкий фанерный тузик, привычно лёг на багажнике крыши машины. Спиннинг я взял просто так. Ну не ехать же на воду ради одних весел, в конце концов! Покидаю маленько хоть для приличия.

Немного помаявшись в грязи на подходе к знаменитому яйвинскому пляжу под названием – Пески, я спустил лодку одновременно с начавшимся маленьким дождичком. Октябрьский такой дождичек, холодноватый уже и слегка нудный, но не обложной. Вёсла сразу показали свою полную пригодность. И я, спокойно настроив снасть, стал покидывать мэпсовские единички и двоечки в знакомые места. Противоположный берег, Окунёвая курья, и Под высоковольтной, места известные местным, да и приезжим рыбакам. Обычно летом тут много мелкого окуня, настроившись на которого можно весело провести время. Иногда и голавлики бывает, проворачиваются. Но это летом. А не осенью. Теперь же река абсолютно безмолвна и даже слегка неприветлива. Молчит и не хочет подсказать, где прячутся её обитатели в это время года. На рыбалку я потратил больше часа, хотя уже на первых десяти забросах понял, что поклёвок сегодня мне не видать. Я банально отсиживал время, наверное «отрабатывая» потраченное на поездку горючее. Вода очень прозрачная, но нигде не видно никакой рыбы.

«Точкой возврата» я себе назначил остров, который чуть выше самой нижней высоковольтной линии, перекинутой через реку. Летом, сплавляясь однажды от этого острова, прямо недалеко от рыболовных засидок, плотно обставляющих левый берег, до самых Песков, я видел стайку приличных голавлей, убегающих от лодки проч. Но сегодня и тут никто от меня не убегал. И я с лёгким разочарованием даже не столько от не пойманной рыбы, сколько от такого безмолвного молчания моей Яйвы, повернул лодку вниз по течению, чтобы спуститься за поворот, к Пескам.

Плыл не спеша, слегка двигая вёслами воду и глядя на удаляющийся остров. С грустью подумав, что не так хотел бы завершить сезон, хотя на рыбу я и не рассчитывал, отправляясь суда. И подумал:

- Ну, хоть бы голавль плеснулся где. Я бы даже не поленился к нему вернуться.

Хотите, верьте, хотите, нет, но после таких мыслей я явственно увидел всплеск голавля ниже острова, правее убережной протоки. Не наваждение ли это? Не игра ли воображения? Нет! Отгоняя сомнения, я резко развернул лодку против течения и быстро стал грести к месту всплеска. Точка мне уже известная. Я там лавливал и отпускал голавлей. Осторожно обхожу место по той самой убережной протоке почти к самому острову. Пускаю лодку по течению на расстоянии среднего заброса воблером. Ставлю Косадака Рогер в ярко-зелёной расцветке и заглублением до 0,3 м, делаю веерные забросы поперёк течения на снос. И даже чуть-чуть против течения и на снос. И на первой серии ощущаю чёткий удар с посадкой. Приличный по местным меркам голавль 400-500 гр. Лихо, сопротивляясь, приносит истинную радость. Счастливый и благодарный я отпускаю его в родную стихию. Много ли нужно человеку!? Для счастья. Благодарю всех, и Бога, и Яйву, и голавля. Берусь за новые вёсла и «на всех парах» двигаю к Пескам. Нет, ну бывает же! Чудо.

P.S. А осень учудила всё же. Холод настал так быстро, что к середине октября реки уже встали. И за налимами на подпуски я так и не сходил….

 

03.2015

[Дядя Серёжа( Геннадич)]

Плюсую так, ибо исчерпал свой лимит!

[Кочегар]

Плюсую так, ибо исчерпал свой лимит!

Аххх! я то же.

[Migon]

Плюсую, моя мечта!!!

[Дядя Серёжа( Геннадич)]

Всем привет! Апну тему. Погоды нет, рыба не клюёт, решил немного пописать. Давным-давно один товарищ рассказал историю, я её немного облагородил и предлагаю вашему вниманию. Названия не придумал.

 

Сашка давно уже собирался порыбачить на Иньве, небольшой речке, протекающей по коми-пермяцкой земле и впадающей в Каму в районе Майкора. Хоть речушка невеличка, но очень рыбная, об уловах среди рыбаков ходили легенды, особенно о полукилограммовых иньвинских сорожинах.Потому-то и стали березниковские рыболовы всё чаще приезжать сюда на подлёдную рыбалку, хотя дорога только в один конец занимала более трёх часов. Вот и Сашка, холостой, плотный, тридцатилетний парень, с выпученными карими глазами, с мулявинскими усами, мода была такая в то время, носом-картошкой, толстыми губами на круглом лице, без одного зуба спереди, выбитый в пьяной драке, простой, деревенский, выросший на реке и, естественно, заядлый рыболов, наконец-то, вырвался на эту чудо-речку. Стоял уже конец марта, весна нынче случилась ранняя, со второй половины месяца столбик термометра иногда доходил до отметки плюс десять, кое где, на солнцепёке появились проталины, а по льду начали ползать разные козявки-букашки. Природа просыпалась после зимней спячки, всё больше было слышно птичьих голосов в лесу, всё ярче светило солнце, синей и насыщеней становилось небо... Весна, одним словом и этим всё сказано! К рыбалке Сашка подготовился серьёзно, снасти, наживка нескольких видов:опарыш, мотыль, черви, тесто, а поскольку в планах было остаться с ночёвкой, то и еды было припасено с запасом, поесть-то он любил и поллитра водки, как же без неё. В итоге, с вечера пятницы у порога стоял до верху набитый рыбацким скарбом рюкзак, старенький, не раз ремонтированный ледобур, в углу сброшена одежда и валенки в бахилах с суконными портянками сверху - осталась армейская привычка. Утром, в четыре часа, он уже был на площади, возле Дворца Ленина, благо, жил не далеко, где уже кучковалось с пяток рыбачков.Только выкурил папироску, ждать пришлось совсем не долго, как подъехал вахтовый Урал с будкой, открылась дверь и уже не трезвый голос прокричал - На Иньву есть? Раньше предприятия баловали своих рыбачков, выделяли транспорт за символическую плату и если оставались места, то машины заезжали по пути на площадь и подсаживали желающих, безлошадных. И водиле навар и людям во благо. Продолжу. Поместились все желающие, постояв минут десять, подсадив ещё пару человек, Урал отправился в далёкий путь, увозя два десятка мужиков за тридевять земель, искать рыбацкого счастья. Кто-то заснул, чтобы быстрей скоротать время, несмотря на громкий смех мужиков, после услышанного анекдота, "хозяева" всю дорогу играли в карты, на деньги, это обычная картина, Сашка быстро скорешился с их компанией и даже, по приезду, был немного в выигрыше. Дорога была хорошо накатана, в азарте игры ни кто не обращал внимания на небольшую тряску. Пару раз останавливались покурить и справить нужду. Так и пролетело время в дороге, пол пути за окном было темно, проезжали какие-то селения, с одиноко горящими фонарями на околице, к рассвету большую часть пути было уже позади. Вот, наконец, Майкор, большое село, коми-пермяцкий районный центр. Несмотря на ранний час, дымились трубы в большинстве домов, местное население уже было на ногах. Сельская жизнь, не потопаешь, не полопаешь! До конечного пункта, д.Большие Они, оставалось два километра. Прибыли, дорога пробита до самого берега, "севшие на хвост" собрали деньги и отдали старшему, Сашка отдал половину, т.к. собирался заночевать, вылезли из машины и, особо нетерпеливые, отправились на поиски своего рыбацкого счастья. На берегу уже стояло несколько машин, у некоторых небольшие компашки наливали и закусывали за успех предстоящего мероприятия. Распрощавшись с попутчиками наш герой, взвалив на плечи рюкзак, повесив на плечо ледобур, спустился на речку. Снега на льду уже не было и весь он возле стоянки был разбурен, скорее всего, тут выжидали время перед отъездом в обратный путь. Основная масса рыбаков шла вниз по реке и Сашка отправился туда же. Пройдя пару поворотов он увидел толпу, человек в пятьдесят, кто-то уже сидел и потряхивал удильником, кто-то ещё разбирал снасти, кто-то энергично сверлил лёд, а кто-то присел на старые лунки. Не просто так народ собрался, подумал Сашка, но он не любил рыбачить в толпе, потому спустился ещё метров на сто и остановился. Рыбак он был отменный, не новичок, без улова ни когда не оставался, рыба сама к нему шла, про него говорили, что он и в ванной поймает. Просверлив несколько лунок, насадив бутерброт, мотыль с опарышем, Сашка неспешно опустил мормышку в первую лунку, глубина около четырёх метров, небольшое течение, постучал по дну, приподнял, покачал, снова постучал и положил удильние на лёд, решив выкурить папироску. Только сунул руку за пазуху, не отрывая глаз от кивка, как тот качнувшись вниз, поднялся. Вот оно, то мнгновение, когда начинает трепетать душа и чаще биться сердце! Дальше было всё как на автомате - подсечка, на другом конце что-то заворочалось, засопротивлялось, не хотело подниматься на верх, но, Сашка - старый, опытный рыбак, не спеша довёл рыбу до лунки и опа, рыба в лунку не пролазит. Для таких случаев у него припасен багорик, но кто знал, что в первой же лунке клюнет такая рыба, потому багор лежал в рюкзаке, до которого всего - то с десяток метров, но как достать. По близости ни кого, да и не хотелось бы светиться, налетят, обурят и разгонят рыбу. Было принято решение, распустить леску на удилке, не давая слабой, добраться до рюкзака, достать и собрать багорик, ну, а там дело техники. Так и сделал, да вот беда, до рюкзака осталось не более метра, леска закончилась. Что делать? Представьте такую картину - рыбачок, сидевший впереди, вдруг завозился, медленно, неестественно стал смещаться к лежавшему недалеко рюкзаку, в метре от него лёг на лёд, вытянулся и стал пытаться ногой подтащить рюкзак к себе. Сашка именно так и сделал, только не учёл странности своего поведения. Когда уже почти всё получилось, он услышал за спиной шаги: - Мужик, тебе плохо, случилось чего? Тут уж не до шифрования, Сашка попросил подошедшего достать багорик из рюкзака и они, склонившись над лункой, стали пытаться подцепить рыбу. Эта сцена, конечно же, не осталась без внимания и к ним потянулись рыбачки из толпы. Идущие мимо, тоже остановились и стали наблюдать за Сашкой и его помощником. Так, постепенно, собралось человек десять и сработал эффект толпы. Желающих поглазеть становилось всё больше и к моменту, когда лещ, кила на два был успешно вытащен на лёд, вокруг уже толпилось десятка два наблюдавших. Всё, спалился! Загремели ящики, заскрипели ледобуры, по реке побежала молва, лещ пошёл. Через пятнадцать минут Сашка оказался в центре толпы, которая сидела выше его - знакомая картина! Естественно, рыбу разогнали! Собрав весь шмурдяк, он отправился дальше, досадуя и ругая себя за случившееся. Забегая вперёд, скажу, что рыбу свою он, всё таки, нашёл, в закутке, под берегом, нарвался на сорогу, ту, полкилошную, о которой рассказывали бывалые рыбаки. Клевала жадно, резко загибая кивок вниз, холостых поклёвок и сходов не было. Рюкзак быстро наполнялся отборной сорогой, а к вечеру, когда все потянулись к машинам и на речке почти ни кого не осталось, не считая нескольких местных, Сашка, на середине, снова надыбал леща, только багорик был уже всегда при нём. Стало смеркаться, пора позаботиться о ночлеге. Когда утром спускался к реке, он увидел сарайчик с небольшим окошечком сбоку и с железной трубой на крыше, подошёл ближе, рядом стояли железные бочки. Это оказались бочки из под солярки, ёмкость с солидолом и ещё какой-то густой смазкой, похожей мазут. Что тут было раньше, ни кто не знал, но иногда рыбаки использовали этот сарайчик для ночлега. Вот и Сашка, заглянув во внутрь и увидев добротную буржуйку, лавки вдоль стен, решил заночевать здесь. Дорога от места ловли и до сарайки заняла не более получаса. До полной темноты оставалось не так уж много времени. Закопав в снегу за сарайкой мешок с рыбой, Сашка решил затопить буржуйку. Только вот дров для него ни кто ни приготовил и он отправился на их поиски, валявшийся возле печки топор оказался очень кстати. На берегу нарубил веток, от туда же приволок пару небольших брёвен, нарубил и уже почти в полной темноте начал растапливать буржуйку. Но, вот незадача, сырые дрова ни как не хотели разгораться. Все попытки растопить печь были напрасными, бумага и мелкие щепки сгорали, не успев разжечь дрова. И тут Сашка вспомнил про бочки, вышел из сарая и точно, в одной из бочек он обнаружил немного солярки. Нацедил в консервную банку горючки, вернулся к печке и вылил на дрова. Стало совсем темно, но, хорошо, что он предусмотрительно взял с собой карманный фонарик, который оказался как нельзя кстати. Сделав ещё пару заходов он принялся ещё более усердно разжигать печку. Только вот не хотели дрова гореть и всё! Выругался, достал папиросы и закурил. Что же делать? Проситься к кому-то на постой уже поздно, да и кто знал, что дрова гореть не захотят. Эх, попытка не пытка, а ну, ещё разок! Поджёг остатки журнала Огонёк, открыл дверцу буржуйки и поднёс к дровам. Тут как бухнет! Сашка увидел яркую вспышку огня, вырвавшегося из печи, его откинуло к самому порогу. Сначала и не сообразил, что произошло, а когда очухался, то понял, это воспламенились пары солярки, которую он налил в печь. Стоял запах палёной шерсти и начало гореть лицо. Вышел наружу, разгрёб ногой снежную корку, набрал в ладони и приложил к лицу. Он знал, что ожоги смазывают жиром. Солидол - вспомнил Сашка, отыскал ящик с солидолом и обильно намазал на обожжённое лицо. Снова зашёл в сарай и присел на лавку: - Я же ещё не ел, - вспомнил он, вытер руки об лежащую на лавке бог весть кем оставленную промасленную фуфайку и полез в рюкзак. Достал поллитра, закуску, налил водку в чашку из под термоса и выпил не закусывая. Посидел, закурил беломорину, ещё налил и выпил. Внутри пошло тепло, стало лучше и не так уже палило лицо. Жадно умяв больше половины взятой с собой закуси и не оставив даже на опохмел ни капли водки, Сашка стал укладываться на ночлег. Выключил фонарик, вывернул измазанную солидолом фуфайку, положил под голову и прилёг. Стояла оглушительная тишина, даже собаки не лаяли в деревне. Алкоголь сделал своё дело, Сашка закимарил. Прошло часа два-три, проснулся он от холода, включил фонарик, налил чаю из термоса и обхватив чашку обеими руками стал отхлёбывать небольшими глотками. Встал, походил, размялся, помахал руками, поприседал, сунул в рот папироску и закурил. Лицо горело, но терпимо: - Как хорошо, что я его сразу намазал солидолом - подумал Сашка, присев на лавку. Глянул на часы - без четверти пять, скоро начнёт светать, навалился на стену, закрыл глаза и задремал. Разбудил его лай собаки, Сашка поднялся и вышел на улицу, морозец, небо было ясно, звёзды сверкали гораздо ярче, чем в городе, только вот башка трещала: - Водяра палёная, что ли, рассветёт, схожу в деревню, может найду у кого опохмелиться, мне и бражка подойдёт - подумал он. Прилёг на лавку, но уже не спалось. Так и пролежал около часа, в голове из редка мелькали разные мысли, приходили воспоминания из прошлой жизни. Собственно говоря, ни чего особенного, деревенское детство, восемь лет начальной школы, находящейся в соседнем селе. Жил в интернате, при школе, на выходные его и ещё пятерых ребятишек, на лошади увозили домой. После школы уехал в город, поступил в училище и через три года, выучившись на слесаря, по распределению попал на Содовый завод. К своим тридцати годам семьёй так и не обзавёлся, да он больно и не переживал и только отмахивался от матери, когда, при очередном приезде в родную деревню на выходные, та заводила разговор о внуках. Отец умер, когда Сашка был в армии, на руках у матери осталось ещё трое детей и его демобилизовали раньше срока. Так он стал единственным кормильцем двух сестёр и брата. Какая уж тут семья? Рассвет, засветилось единственное окошко, оно как раз было на ту сторону. Сашка выключил фонарь, выпил ещё немного чаю, заморил червячка и, накинув на голову шапку, пошёл к ближайшим домам, в надежде опохмелиться. Дошёл до ближайшего дома, во дворе ни кого. Вдруг, услышал, как кто-то недалеко гремит вёдрами. Завернул за угол, у соседнего дома, в серой мгле, увидел бабку возле колодца и отправился в её сторону. Она стояла к нему спиной и крутила ручку воротка, на котором была намотана цепь с ведром, как Сашка подошёл, она не услышала. Видно шум наматываемой цепи заглушил Сашкины шаги: - Здарова, бабуля! - крикнул он. Бабка вздрогнула и оглянулась, её глаза округлились: - Чёрт, чёрт! - заорала она, бросила ручку воротка и было бросилась бежать, но, споткнувшись об стоявшее уже полное ведро воды, упала. Сашка поспешил к ней, взял её под мышки и приподнял, не поняв даже в чём дело. Но, только он поставил её на ноги, как она вырвалась из его рук и побежала по дорожке: - Чёрт, чёрт! - кричала она и что-то ещё на коми-пермяцком языке, забежала в соседний дом и было слышно, как лязгнул засов в воротах. Сашка оторопел, так и не поняв, чем он мог напугать старушку. Из-за поворота выехала машина, поравнявшись с ним остановилась: - Вот и рыбачки приехали, - догадался Сашка, - может нальют и опохмелят.  Из окна кабины выглянул шофёр и молча уставился на Сашку, потом открыл дверь, спрыгнул, подойдя к нему: - Ты чо, чумазый такой? - спросил он улыбаясь. Из машины вылезли ещё несколько человек и подошли к ним, так же улыбаясь, заинтересованно глядя на Сашку, а из дома, куда убежала бабка, вышло двое, дед и молодой парень: - А, это солидол! - ответил Сашка и вкратце поведал им о своём вчерашнем приключении: - Иди, глянь на себя в зеркало - сказал шофёр. Сашка встал на подножку кабины и взглянул в зеркало заднего вида. На него смотрела чёрная рожа с белыми белками глаз, как у героя Смирнова из фильма Операция Ы, да ещё шапка-ушанка на голове, с задранными вверх клапанами, ну, точно рога, чёрт и есть, самый настоящий, вот, оказывается, почему бабка от него убежала. Тут-то Сашка и догадался, вчера, темноте, вместо солидола, он намазал лицо чёрной мазутой, перепутав их в запарке. Вдоволь насмеявшись, на вопрос: - Чем же рожу отмыть? - Шофёр слил Сашке немного бензина из бака. Приведя себя в более менее цивилизованный вид, опохмелившись, Сашка вызвался показать своим спасителям вчерашние клёвые места и заодно договорился на предмет обратной поездки. А тем временем подъезжали новые машины с рыбаками и всё повторилось, как в прошлое утро, разливали, выпивали, а кто-то сразу отправился на клёвое, одному ему известное место. Наш герой, заскочив за вещами в сарайку, отправился с новыми друзьями на речку. От него пахло бензином и палёной шерстью, у него были обожжены брови, ресницы и усы, но он не парился по этому поводу. А днём, сидя недалеко от небольшой компании, краем уха, он услышал рассказ о том, как местная бабка по утру чёрта встретила у колодца, попросившего её воды попить! В конце все дружно захохотали, даже не подозревая, что чёрт-то этот рядом сидит. Рыба, кстати, в этот день почти не клевала, но Сашка не переживал, за сарайкой, в снегу, у него было закопано столько рыбы, что её хватило и ему и его товарищам. До вечера ждать не стали и уже во второй половине дня отправились в обратный путь. Ожёг у Сашки зажил быстро и уже через неделю, он, в очередной раз, трясся в покрытом брезентом кузове, навстречу своему рыбацкому счастью, к полукилошной сороге и бронзовым лещам. И вскоре он встретит девушку, женится и у них родится двойня, мальчик и девочка, на радость старушке матери! Эту историю Сашка рассказал мне ещё лет тридцать назад. Где он сейчас, что с ним, как сложилась его судьба, мне не ведомо. А речка та, на берегу которой всё это приключилось, до сих пор радует рыбаков своими уловами. И когда, из редка, удаётся побывать на рыбалке на Иньве, в Б.Онях, я жду, а вдруг кто-нибудь расскажет историю про чёрта, который попросил у местной бабки возле колодца воды напиться.

 

Изменено 18 сентября, 2017 пользователем Дядя Серёжа( Геннадич)

[плотник и морж]

Рассказ просто супер! Ждем цикл!

[Дядя Серёжа( Геннадич)]

Если считать, сколько времени прошло от моей первой публикации, то ждать вам придётся ещё ой как долго!

[Рашит Бабай]

Д.Серёжа,...давай сборник рассказов о рыбалке сделаейте,...там же кто ещё писал,...скооперируйтесь,...и напечайте книгу,....в 21 веке,...это будет шедевр для Прикамья,может кто в Перми пишет тоже рассказики,...малёхо может заработаете,а с автографами Вашими ,на Ура уйдёт книга... Неленись!

Впереди долгие зимние вечера-а-а-а...

Изменено 18 сентября, 2017 пользователем Рашит Бабай

[Дядя Серёжа( Геннадич)]

Рашит, это я сейчас просто в отпуске, да рыпь не клюёт, вот и присел. А писал ещё Проф, но только он выехал из Бериков.

Изменено 18 сентября, 2017 пользователем Дядя Серёжа( Геннадич)

[FOX]

решил немного пописать

супер!!! читается так легко и образно! Вы молодец! Спасибо за интересный рассказ

Изменено 19 сентября, 2017 пользователем FOX